г. Москва, Кропоткинский пер. дом №4пн-пт 9:00 - 19:00
ALP-GROUP

Действие принципа недискриминации

ДЕЙСТВИЕ ПРИНЦИПА НЕДИСКРИМИНАЦИИ В ОТНОШЕНИИ ПРАВ ВИЧ-ИНФИЦИРОВАННЫХ

В законодательстве РФ существуют законы, регулирующие права ВИЧ-инфицированных иностранных граждан особым образом: Федеральный закон от 25.07.2002 N 115-ФЗ "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации" (далее — Закон N 115-ФЗ); Федеральный закон от 30.03.1995 N 38-ФЗ "О предупреждении распространения в Российской Федерации заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ-инфекции)" (далее — Закон N 38-ФЗ). В отношении иностранных граждан и лиц без гражданства Закон N 38-ФЗ предусматривает выдачу им дипломатическими представительствами или консульскими учреждениями РФ виз на въезд в РФ на срок свыше трех месяцев лишь при условии предъявления сертификата об отсутствии у них ВИЧ-инфекции. В статье 7 Закона N 115-ФЗ сказано: разрешение на временное проживание иностранному гражданину не выдается, а ранее выданное разрешение аннулируется в случае, если данный иностранный гражданин является больным наркоманией, либо не имеет сертификата об отсутствии у него заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ-инфекции). Вышеназванное положение не распространяется в отношении иностранных граждан и лиц без гражданства, страдающих заболеванием, вызываемым вирусом иммунодефицита человека, в случае, если указанные иностранные граждане и лица без гражданства имеют членов семьи (супруга (супругу), детей (в том числе усыновленных), родителей (в том числе приемных) - граждан РФ либо иностранных граждан или лиц без гражданства, постоянно проживающих на территории РФ, и при этом отсутствуют нарушения ими законодательства Российской Федерации о предупреждении распространения ВИЧ-инфекции (пункт дополнительно включен с 2016 года, что связано с принятием КС РФ Постановления)


В РФ было несколько ключевых решений Конституционного Суда РФ (далее — КС РФ) о правах ВИЧ-инфицированных. В том числе:


1. В Определении от 12.05.2006 N 155-О "По жалобе гражданина Украины Х. на нарушение его конституционных прав пунктом 2 статьи 11 Федерального закона "О предупреждении распространения в Российской Федерации заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ-инфекции)", пунктом 13 статьи 7 и пунктом 13 статьи 9 Федерального закона "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации" (далее — Определение N 155-О) КС РФ начал свою аргументацию с разъяснения преамбулы Закона N 38-ФЗ, в которой значится, что «хроническое заболевание, вызываемое вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ-инфекция) приобретает массовое распространение во всем мире, вызывает тяжелые <...> последствия для РФ, создает угрозу личной, общественной, государственной безопасности, а также угрозу существованию человечества» и ряда положений национального законодательства (к сожалению, без какой бы то ни было конкретики, какая именно угроза создается). Им было отмечено, что законодатель исходил из конституционно значимых целей и с учетом конституционно защищаемых ценностей (основой которых является право на охрану государством здоровья граждан) и ограничил право на временное проживание в РФ иностранных граждан (а значит, и заявителя), инфицированных ВИЧ. КС РФ посчитал, что нельзя сделать вывод о том, что оспариваемые законоположения нарушают конституционные права заявителя, поэтому его жалоба не может быть принята КС РФ к рассмотрению.


КС РФ продолжил свою аргументацию обращением к международным актам, в частности к Декларации о борьбе с ВИЧ, в которой отмечено, что "клеймо позора, умалчивание, дискриминация и отчуждение, а также отсутствие конфиденциальности, подрывают усилия по предупреждению и уходу и увеличивают воздействие эпидемии", а также подчеркнута ключевая роль, которую играет семья в уходе за лицами, затрагиваемыми и инфицированными ВИЧ, и констатируется необходимость принятия соответствующего законодательства для ликвидации всех форм дискриминации в отношении таких лиц для обеспечения полного осуществления ими прав человека: доступа к образованию, трудоустройству и т.д. Далее КС РФ пишет, что меры государственного принуждения и ограничения, введенные в РФ, могут затрагивать права как самого заявителя, так и членов его семьи, а в Конституции РФ содержится положение о возможности ограничения прав и свобод человека и гражданина только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты особых ценностей (статья 55, часть 3).


Обращаясь к практике ЕСПЧ, КС отметил, что в делах о высылке ВИЧ-инфицированных иностранных граждан ЕСПЧ демонстрирует гибкость и индивидуальный подход. ЕСПЧ отмечал, что право иностранца на въезд или проживание в какой-либо стране как таковое не гарантируется Европейской Конвенцией, однако высылка лица из страны, в которой проживают близкие члены его семьи, может нарушать право на уважение семейной жизни и равенство прав; решения государства о депортации иностранцев должны быть оправданы крайней необходимостью, и в особенности - соразмерной преследуемой цели.


КС РФ, признавая жалобу не подлежащей дальнейшему рассмотрению, выводит положение: законодательство не исключает, что правоприменительными органами и судами учитываются семейное положение, состояние здоровья ВИЧ-инфицированного иностранного гражданина и иные исключительные, заслуживающие внимания обстоятельства при решении вопроса о его временном проживании на территории РФ или депортации.


Последствия решения: к сожалению, данная позиция КС РФ положение ВИЧ-инфицированных иностранных граждан не улучшила, т. к. суды РФ продолжали ссылаться на то, что действующее законодательство, регулирующее вопросы въезда и проживания иностранных граждан, не обязывает правоприменительные органы или суды определять состояние здоровья ВИЧ-инфицированных иностранных граждан или клиническую стадию их заболевания для разрешения вопроса о выдаче разрешения на проживание. Разрешая вопрос о временном проживании ВИЧ-инфицированного лица, суды могут, но не обязаны принимать во внимание фактические обстоятельства конкретного дела исходя из гуманных соображений (что, в принципе, соответствовало позиции КС).


2. Позднее в свете вынесенного ЕСПЧ постановления по делу Киютина, КС РФ стремится сделать свою позицию по данному вопросу немного более определенной. КС РФ ссылается в своем решении, в т.ч. и на позиции ЕСПЧ.


В Постановлении Конституционного Суда РФ от 12.03.2015 N 4-П "По делу о проверке конституционности положений части четвертой статьи 25.10 Федерального закона "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию", подпункта 13 пункта 1 статьи 7 Федерального закона "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации" и пункта 2 статьи 11 Федерального закона "О предупреждении распространения в Российской Федерации заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ-инфекции)" в связи с жалобами ряда граждан" (далее — Постановление N 4-П) КС РФ начал свою позицию с изложения тезисов о том, что в соответствии с Конституцией РФ Российская Федерация — правовое и социальное государство, ответственное перед будущими и нынешним поколениями, обязанное надлежащим образом охранять здоровье людей, подчеркнута особая роль семьи в развитии личности.


КС выводит положение, что здоровье - неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, оно находится под защитой Конституции РФ (ст. 7; ст. 17), что обязывает федерального законодателя принимать все меры, направленные на охрану здоровья населения, составляющего наряду с другими факторами основу национальной безопасности, угрозой для которой выступает возможность массового распространения на территории РФ ВИЧ-инфекции. Далее он повторяет свою позицию, изложенную во многих решениях, о возможности ограничения прав человека.


КС РФ пишет, что Конституция РФ, предусматривая право каждого на свободный выезд за пределы РФ, признает право на беспрепятственный в нее въезд только за российскими гражданами (ст.27), а право свободно передвигаться, выбирать место пребывания и жительства на территории РФ гарантирует только тем, кто законно на ней находится; это соотносится с положениями Европейской Конвенции.


Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление права на уважение личной и семейной жизни, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка. КС РФ считает, что законодатель вправе использовать для целей защиты здоровья населения средства миграционного законодательства.


При этом КС подчеркивает, что применительно к ВИЧ-инфекции в настоящий момент мировым сообществом признано, что наличие таковой у лица не должно рассматриваться как условие, создающее угрозу для здоровья населения, поскольку ВИЧ, хотя он и является инфекционным, передается не в результате присутствия инфицированного лица в стране или при случайном контакте через воздух или общие носители, а через конкретные контакты, которые почти всегда являются частными (заявление Объединенной программы ООН по ВИЧ/СПИДу и Международной организации по миграции об ограничениях права на передвижение в связи с ВИЧ/СПИДом, принятое в июне 2004 года).


Далее КС приводит схожие с выраженными в Определении N 155-О, позиции, в т.ч. касаемо международных стандартов и пределов ограничения прав.


Буквально толкуя положения Законов N 115-ФЗ и N 38-ФЗ, выявление ВИЧ-инфекции у иностранного гражданина, законно находящегося на территории РФ, является безусловным основанием для запрета на его проживание в РФ, а также на въезд в РФ, притом что такой запрет носит бессрочный характер. Однако положения законов не исключают, что решения о нежелательности проживания ВИЧ-инфицированного иностранного гражданина в РФ или о его въезде в РФ принимаются правоприменительными органами с учетом всех фактических обстоятельств конкретного дела; суды общей юрисдикции при проверке решений органа не вправе ограничиваться установлением только формальных оснований применения норм законодательства и должны оценивать наличие реально существующих обстоятельств, служащих основанием признания таких решений необходимыми и соразмерными.


КС РФ обращается к принципу равенства, формулируя, что страдающие ВИЧ-инфекцией иностранные граждане и лица без гражданства, члены семьи которых постоянно проживают на территории РФ, составляют особую категорию; в отношении них на РФ возложена обязанность защиты прав, что не препятствует законодателю вводить в отношении таковых - с учетом специфики заболевания - дополнительные требования, направленные на воспрепятствование распространению ВИЧ-инфекции, при условии, что они будут соразмерны, адекватны и пропорциональны преследуемой цели.


КС РФ подытожил, что законоположения не соответствуют Конституции РФ, в той мере, в какой эти положения позволяют принимать в отношении иностранного гражданина, члены семьи которого постоянно проживают на территории РФ, решение о нежелательности его проживания в РФ и о его депортации либо об отказе такому лицу во въезде, в выдаче разрешения на временное проживание исключительно на основании факта наличия у такого лица ВИЧ-инфекции, при отсутствии как нарушений с его стороны требований, которые направлены на предотвращение дальнейшего распространения данного заболевания, так и иных обстоятельств, свидетельствующих о необходимости применения к этому лицу подобных ограничений.


3. Помимо позиции КС, существует также позиция Верховного Суда РФ (далее — ВС РФ) по правам ВИЧ-инфицированных, связанная с принципом недискриминации и правом на труд. В Решении N АКПИ17-31 ВС РФ указал, что РФ гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина. Далее он повторил позицию КС РФ, выраженную в Постановлении 4-П, в т.ч. о возможности ограничения прав, о том, что наличие ВИЧ не должно рассматриваться как условие, создающее угрозу для здоровья населения, поскольку вирус иммунодефицита человека передаётся не в результате присутствия инфицированного лица в стране или при случайном контакте; ВС РФ сослался на решения ЕСПЧ о том, что неосведомлённость по поводу способов распространения болезни породила предрассудки, которые, в свою очередь, привели к клеймлению и маргинализации носителей вируса.


Он также напомнил о запрете, установленном в Законе 38-ФЗ, на ограничение прав ВИЧ-инфицированных: не допускаются увольнение с работы, отказ в приёме на работу, отказ в приёме в организации, осуществляющие образовательную деятельность, а также ограничение иных прав ВИЧ-инфицированных на основании наличия у них ВИЧ-инфекции.


ВС РФ делает вывод, что вопрос о непригодности бортпроводников к осуществлению профессиональной деятельности при выявлении у них ВИЧ-инфекции должен решаться исходя из объективной оценки состояния их здоровья, данной по результатам соответствующего медицинского освидетельствования, при наличии медицинского заключения о невозможности осуществлять по состоянию здоровья эту профессиональную деятельность.


Вывод по РФ: КС РФ признает значимость принципа недискриминаиции, видит в ВИЧ-инфицированных особую категорию лиц. КС РФ различает положение граждан РФ и иностранных граждан по признаку наличия у них ВИЧ-инфекции. Граждане РФ обладают на её территории всеми правами и свободами без какой-либо дискриминации.


Однако в соответствии с решениями КС РФ, по общему правилу, возможно ограничение равенства прав иностранных граждан по признаку наличия ВИЧ-инфекции (подтвержденной в установленном порядке), однако подобное ограничение не должно применяться исключительно исходя из наличия у лица ВИЧ-инфекции (только по формальным основаниям), правоприменителями и судами должны приниматься во внимание особые обстоятельства, к которым относится наличие семьи у лица на территории РФ (что и было отражено в законодательстве), остальные «особые обстоятельства» судом конкретизированы не были. Данная позиция полностью оформлена в Постановлении N 4-П, в более раннем Определении КС РФ говорил лишь о возможности учета особых обстоятельств.


ВС РФ сделал вывод, что одно лишь наличие ВИЧ-инфекции у лица не должно вести к дискриминации его прав (в т.ч. на труд), любые ограничения трудовой деятельности должны устанавливаться на основании объективной неспособности лица к осуществлению конкретной деятельности (о чем наличие ВИЧ само по себе не свидетельствует), а не общего статуса ВИЧ-инфицированного.


4. В свете данной проблемы Европейский суд по правам человека (далее — ЕСПЧ) вынес ряд постановлений в отношении РФ.


В одном из своих постановлений - «Киютин (Kiyutin) против России». Постановление Европейского суда по правам человека от 10 марта 2011 года (далее - Постановление по делу Киютина) (по данному вопросу был целый ряд постановлений, в т.ч. Швалиа против России 2014 года, но аргументация суда сходна) - ЕСПЧ приводит ряд мощных доводов, используя метод сравнения, приводя позиции экспертного сообщества, в которых звучит осуждение позиции, существующей в РФ в отношении иностранных граждан. В частности он указывает:


  • П.2 ст. 2 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах гарантирует, что "права, признаваемые в нем, осуществляются без какой-либо дискриминации по признаку расы, цвета кожи, … или иных обстоятельств положения". В своем Замечании общего порядка по вопросу о недискриминации (N 20, 2009) Комитет по экономическим, социальным и культурным правам прямо указал состояние здоровья и, в частности, ВИЧ-статус, среди "иных обстоятельств", которые упоминаются в п. 2: "охрана общественного здоровья часто упоминается государствами в качестве основания для ограничения прав человека в контексте состояния здоровья человека. Однако многие такие ограничения являются дискриминационными, например когда ВИЧ-статус используется в качестве основания для применения различного режима в области доступа к образованию, занятости, медицинского обслуживания, передвижений, социального обеспечения, жилья и убежища".
  • Чаще всего в качестве оснований для ограничения прав человека в контексте ВИЧ государства приводят доводы, связанные с общественным здравоохранением. Однако многие такие ограничения представляют собой нарушение принципа недискриминации. Меры, ограничивающие свободу передвижения или свободу выбора места жительства по причине ВИЧ, нельзя обосновать никакими обязательствами по сохранению общественного здоровья. В тех случаях, когда в силу соображений экономического характера государства запрещают людям, живущим с ВИЧ, длительное время проживать на своей территории, они не должны выделять ВИЧ в качестве особой, по сравнению с другими обстоятельствами, причины для такого запрета и должны установить, что такие издержки действительно будут причинены при выдаче данному иностранцу разрешения проживать на своей территории.
  • Если ограничение основных прав применяется к особо уязвимой группе общества, которая претерпела значительную дискриминацию в прошлом, пределы усмотрения государства значительно сужаются, и должны быть весьма веские основания для указанных ограничений. ЕСПЧ полагает, что лица, живущие с ВИЧ, являются уязвимой группой, исторически подвергавшейся предвзятому отношению и позору, что привело к возникновению законодательных стереотипов.
  • Запрет на проживание ВИЧ-инфицированных иностранцев не отражает утвердившегося европейского консенсуса и почти не имеет поддержки среди государств - участников Совета Европы. Обращаясь к сравнительным данным ЕСПЧ подчеркнул: 124 страны, территории и района во всем мире не имеют связанных с ВИЧ ограничений на въезд, пребывание и проживание. Лишь три государства (Армения, Молдова и Россия) могут депортировать лиц, если выяснится, что они ВИЧ-инфицированы. Эти государства и три других (Андорра, Кипр и Словакия) требуют от лица, ходатайствующего о предоставлении вида на жительство, подтвердить свой ВИЧ-отрицательный статус. Соответственно, РФ обязана привести особо веское оправдание для дифференцированного подхода.
  • Доводы властей РФ заключались в «озабоченности российских властей по поводу масштабов распространения эпидемии ВИЧ и ее социально-экономических и демографических последствий", отказ в разрешении на проживание назывался как необходимая мера, направленная на профилактику и борьбу с ВИЧ-инфекцией. Власти РФ не разъяснили, каким образом предполагаемые угрозы национальной безопасности и существованию человечества связаны с личной ситуацией заявителя с ВИЧ, какие последствия может повлечь его присутствие на российской территории. Все предположения властей сводятся к обобщению, которое не основано на реальности и не учитывает индивидуальные ситуации, такие как ситуация заявителя. Кроме того, согласно российскому законодательству любое поведение ВИЧ-инфицированного лица, сознающего свой ВИЧ-статус, которое подвергает кого-либо риску заражения ВИЧ, само по себе признается преступлением, наказуемым лишением свободы.
  • РФ не применяет связанные с ВИЧ ограничения поездок к туристам или к краткосрочному пребыванию лиц на ее территории. Граждане РФ не обязаны проходить обследование на ВИЧ при выезде из страны и при возвращении, а способы передачи ВИЧ остаются теми же, независимо от продолжительности пребывания лица на территории РФ и его гражданства, ЕСПЧ не усмотрел объяснения избирательному применению ограничений, связанных с ВИЧ, к иностранцам, которые обращаются за разрешением на проживание в РФ, а не к вышеупомянутым категориям, к которым фактически относится большинство туристов и мигрантов. Не имеется оснований полагать, что они менее склонны к небезопасному поведению, чем оседлые мигранты.
  • Ограничения на поездки и проживание в отношении лиц, живущих с ВИЧ, могут быть не только неэффективными для предотвращения распространения заболевания, но и могут причинить вред здоровью населения страны. Во-первых, мигранты будут оставаться в стране нелегально, чтобы избежать проверки на ВИЧ-инфекцию, и в этом случае их ВИЧ-статус останется неизвестным как медицинским органам, так и самим мигрантам. Во-вторых, запрещение въезда в страну ВИЧ-инфицированных иностранцев может создать ложное чувство безопасности, так как население будет считать ВИЧ "иностранной проблемой" и не будет ощущать необходимость безопасного поведения. ЕСПЧ приводит следующую позицию: заявление ЮНЭЙДС/МОМ об ограничениях права на передвижение в связи с ВИЧ/СПИДом содержит рекомендации: "ВИЧ не должен рассматриваться как условие, создающее угрозу для здоровья населения в связи с передвижениями, поскольку, хотя ВИЧ и является инфекционным, он не передается через простое присутствие человека с ВИЧ в стране или при случайном контакте. Ограничительные меры могут фактически противоречить интересам общественного здравоохранения, поскольку изоляция ВИЧ-инфицированных, не являющихся гражданами, усугубляет атмосферу клеймления и дискриминации лиц, живущих с ВИЧ».
  • Единственное основание, на которое ссылались решения российской миграционной службы и российских судов - наличие ВИЧ-инфекции. Любые связанные со здоровьем ограничения права на передвижение должны вводиться только на основании индивидуального собеседования/обследования.

Права ВИЧ-инфицированных лиц, даже если они являются иностранными гражданами, должны уважаться и охраняться (как особо уязвимой категории граждан). Их нельзя ограничить, исходя лишь из формального аргумента о наличие у лица ВИЧ-инфекции и обоснования чисто теоретическими конструкциями о «создании угрозы». Наличие ВИЧ-инфекции у лица не должно вести к дискриминации его прав, любые ограничения должны устанавливаться на основании объективной неспособности лица к осуществлению конкретной деятельности, а не общего статуса ВИЧ-инфицированного.


следующая